Главная страница
Поиск
Статистика
2 пользователь(ей) активно (1 пользователь(ей) просматривают Доклады)

Участников: 0
Гостей: 2

далее...
Вход
Пользователь:

Пароль:


Забыли пароль?

Регистрация

2004 - ТХФ

ТУРКМЕНИСТАН: ПРАВА ЧЕЛОВЕКА В 2003 ГОДУ.

Отчет Туркменского Хельсинкского Фонда по правам человека.


Туркменский Хельсинкский Фонд по правам человека (ТХФ) - независимая неправительственная организация, основанная 21 июля 2003 года в гор. Варна, и зарегистрированная в министерстве юстиции Болгарии. ТХФ не обслуживает отдельные партии или партийные коалиции. В Туркменистане не зарегестрирована ни одна общественная правозащитная организация, нельзя назвать ни одного права, которое бы не нарушалось, а гражданские активисты подвергаются жестоким репрессиям, поэтому члены ТХФ функционируют внутри страны нелегально, подвергая постоянному риску свои жизни и жизни своих близких.



Наша работа состоит в постоянном мониторинге ситуации с правами человека в Туркменистане, информировании о ней международного сообщества и защите прав граждан. Мы обращаем специальное внимание на ситуацию с правами женщин, детей, этнических и религиозных меньшинств. Особое внимание уделено положению в местах заключения, защите от пыток и издевательств, свободе слова, доступу к информации, проблеме правосудия в Туркменистане. ТХФ собирает факты нарушения прав человека в Туркменистане и распространяет данную информации среди граждан Туркменистана, международных организаций и правительств иностранных государств. По мере возможности мы оказываем правовую помощь жертвам нарушений прав человека в Туркменистане.

ТХФ активно сотрудничает с международными правозащитными организациями “Международная Хельсинская федерация”, “Хьюман Райтс Воч”, ”Международная Амнистия”и другими. Пользуясь случаем выражаем им свою благодарность за помощь в профессиональном становлении нашей организации. Тесное сотрудничество с туркменской службой радиостанции “Свобода-Азатлык”, “Немецкой Волной” и другими представителями прессы дает нам возможность довести фактическое положение дел с правами человека в Туркменистане до международной общественности и соотечественников.

При соответствующих условиях мы намерены зарегистрироваться в Туркменистане и работать в дальнейшем непосредственно в стране. Для создания таких условий безусловно необходимо проводить серьезную подготовительную работу и в первую очередь необходима поддержка международной общественности. Работа внутри страны в плане правового просвещения и защиты прав человека создаст серьезные предпосылки по направлению политики государства на путь демократизации, впоследствии даст неограниченные возможности, через новое поколение граждан, готовых и способных участвовать в деятельности гражданского общества, вовлечь население страны в демократические преобразования.

О нашей деятельности желающие смогут узнать через наш интернет адрес www. tmhelsinki.org.

Ниже мы приводим отчет ТХФ о ситуации с правами человека в Туркменистане в 2003г.

- - - - - - -

Более десяти лет ситуация с правами человека в Туркменистане не только остается удручающей, но и ухудшается с каждым годом. Попытка покушения на президента Сапармурат Ниязова, как ее представили официальные туркменские власти, предпринятая 25 ноября 2002 г., послужила формальным поводом для ужесточения контроля властей над населением. Новая волна репрессий, продолжавшаяся и в течение 2003 г., естественно вытекала из прочно укрепившейся в стране практики игнорирования международных обязательств Туркменистана в области соблюдения прав человека

С 1991 г. С. Ниязов узурпировал власть в стране, незаконно объявил себя пожизненным президентом, и к настоящему моменту является одновременно главой государства и правительства. В августе Ниязов был пожизненно избран председателем Народного совета, что обеспечило ему большие возможности на выбор своего преемника на посту Президента. И в 2003 г. Ниязов продолжал сохранять тотальный контроль над политикой, экономикой и обществом. Этому в немалой степени способствуют усилия государственных органов, направленные на укрепление централизованного государственного контроля.

Министерство национальной безопасности (МНБ), министерство внутренних дел (МВД), прокуратура и судебная система находятся под жестким контролем президента. Работники правоохранительных органов и судебной системы замешаны в многочисленных и серьезных нарушениях прав человека.

Гротескных размеров культ личности Ниязова, усиленно насаждаемый им самим и его окружением, продолжал развиваться и целенаправленно внедряться во все слои общества. За годы независимости, в результате массированной идеологической атаки на сознание населения, в Туркменистане подросла молодежь, которая неосознанно поддерживает идею Ниязова о том, что туркменский народ не дорос для демократических преобразований. Туркменский режим специально взрастил целое поколение послушного населения, которое не способно отличить демократические ценности от лицемерных рассуждений Ниязова о том, что в стране в полной мере соблюдаются права и свободы человека.

В 2003 г. туркменское правительство, печально известное своим безжалостным отношением к любым проявлениям демократии, продолжало изолироваться от внешнего мира. Власти жестко ограничили политические и гражданские права туркменских граждан, у которых фактически нет возможности отстоять свои права и свободы. Несмотря на это, Ниязов продолжал проводить политику двойных стандартов в плане соблюдения гражданских прав и свобод. Во всех своих публичных выступлениях Ниязов выступал с заявлениями, что в Туркменистане права человека не нарушаются. Однако туркменские власти не откликнулись ни на одно заявление, резолюцию мирового сообщества и правозащитных организаций (см.соответствующий раздел).

В стране нет, и в течении года не было зарегистрировано ни одной оппозиционной партии - они запрещены, независимой общественной организации – они преследуются, нет ни одной юридически зарегистрированной независимой правозащитной группы – для этого намеренно не созданы приемлемые условия.

Репертуар туркменских артистов и певцов насильственно ограничивается только восхвалением Ниязова. Деятелей культуры, имеющих свое, отличное от официального, мнение о культуре, обществе незаконно лишили работы. Вслед за тем как власти постепенно запретили цирк, оперу и филармонический оркестр, закрыли Академию наук, в стране несколько раз была проведена жесткая ревизия всех библиотек, из которых были изъяты литературные материалы, которые власти считают неприемлемыми для существующего режима. К такой литературе власти отнесли ежегодные статистические сборники, подшивки газет до 1999 г., литературу советского периода, туркменских классиков, и по утверждению некоторых источников – первый вариант книги “Рухнама”, написанной другим автором. Работников библиотек, не сумевших предъявить изымаемую литературу, незаконно увольняли с работы. Руководителям учреждений, где имеются библиотеки было строго запрещено обсуждать данные шаги властей.

Ухудшилось положение дел в средних и высших учебных заведениях. Обучение в школах сокращено до 9 лет, школьные и вузовские программы безжалостно сокращаются в пользу изучения ниязовского труда “Рухнама”, приравненного туркменскими идеологами к Корану. В высших учебных заведениях, на обязательной процедуре клятвы президенту, среди студентов стоят сотрудники спецслужб. Студентов незаконно отрывали от занятий, ежедневно заставляли проходить многочасовые маршировки. Родители молодых людей возмущались: студентов, и без того лишенных полноценного обучения, лишают права на образование. Продолжалась незаконная эксплуатация детского труда на хлопковых плантациях. Для того, чтобы поддержать видимость большого урожая хлопка, 12-16летних школьников в ущерб образованию, заставляли участвовать в тяжелых хлопкоуборочных работах. Вопросы техники безопасности, здоровья и защиты детского труда в принципе нигде не предусматривались. На уборку хлопка детей возили на обыкновенных грузовиках. Учителя областных и районных школ вынуждены выполнять функции надзирателей на хлопковых плантациях. Начальники районных отделов образования строго следили за количеством учащихся, вызжающих на хлопковые работы. Родителей тех детей, кто ссылался на нарушение прав детей и пытался отказаться от поездок на хлопковые работы, брали на особый учет в хякимлике, а затем под любым предлогом увольняли с работы.



Свобода выражения и СМИ.
В 2003 г. правительство жестко ограничивало свободу слова и печати. С 1992 г. политика страны была направлена на узурпацию СМИ. С начала своего президенства С. Ниязов понял, что СМИ, являясь по сути четвертой властью, могут коренным образом изменять мировозрение людей и, тем самым, способно оказывать мощное влияние на политическую ситуацию в стране. Памятуя об этом, он жестко поставил под тотальный контроль всю деятельность СМИ в стране. За годы независимости Туркменистан так и не разработал демократической законодательной базы, касающейся СМИ. В стране нет аккредитации независимых местных и иностранных журналистов, разрешение на работу в Туркменистане дают только тем журналистам, которые восхваляют президента и его политику, показывают ее в выгодном режиму ракурсе.

В Туркменистане все СМИ: газеты, телевидение и радио учреждены исключительно Ниязовым, все средства массовой информации печатали и бесконечно показывали длинные выступления Ниязова, восхваления Ниязова и его книги “Рухнама” и песни-стихи о нем. Все без исключения печатные СМИ имеют в первую очередь пропагандистский и идеологический характер. Неотъемлемым атрибутом каждого являются бесчисленные фотопортреты Туркменбаши, одно из его высказываний и клятва верности ему же. Содержание, естественно, соответствующее. Все газеты отличаются друг от друга лишь названием и форматом.

Одурманенная ниязовской пропагандой большая часть молодежи от 10 до 14 лет вообще не знает, что такое свобода слова и права человека, идет настоящая пропагандистско-идеологическая атака, откровенное промывание мозгов. Для нынешней молодежи нет в мире лучше нынешнего президента, нет лучше книги-жизни “Рухнама”, где туркменам даются основные постулаты жизни по - ниязовски. Эта идеологическая бомба, закладываемая сейчас в молодые головы, несомненно станет проблемой, когда в стране произойдет развенчание культа личности Ниязова и природы его правления.

Хотя Конституция гарантирует право всем гражданам на беспрепятственное получение информации, население Туркменистана фактически лишено этой возможности. На погранпостах у граждан незаконно изымалась иностранная литература. Туркменские пограничники досматривали пассажиров международных авиарейсов, парома Баку — Туркменбаши (Красноводск) и изымали из багажа газеты и журналы.

Согласно распоряжению властей с 14 февраля 2003 года к ввозу в Туркменистан запрещены печатные издания из Азербайджана, Казахстана, Кыргызстана, России и Узбекистана. Фактически прекращена подписка на периодические издания из этих стран. На данный момент в стране список иностранных газет и журналов чрезвычайно ограничен. Туркменским гражданам предоставлена единственная возможность - читать исключительно чисто туркменские издания, безмерно превозносящие ниязовский культ.

По прежнему граждан принуждали подписываться на официальные издания, учредителем которых является Ниязов. Причем люди, отказавшиеся от обязательной подписки, впоследствии подвергались различным преследованиям по месту работы своими руководителями.

Всемирную сеть интернет, Туркменистан поставил под жесточайшую цензуру. Доступ в Интернет имеют всего несколько сот человек из 5 млн. населения. То есть только те люди, в лояльности к правящему режиму которого уверены власти. В стране нет интернет-клубов или кафе, не разрешена деятельность независимых интернет-провайдеров. В Туркменистане действует только одна государственная организация, предоставляющая интернет услуги – это “Туркментелеком” Министерства связи. Причем данная организация фиксировала каждую попытку граждан страны войти в интернет-сайты правозащитных организаций или туркменской оппозиции и моментально передавала данную информацию в МНБ. ТХФ обладает достоверными сведениями о том, что к молодым людям, заглянувшим в нелояльные режиму интернет-сайты, приходили работники спецслужб и проводили “беседы с пристрастием”.

Более того, критические выступления туркменских журналистов, как тех, которые проживают в стране, так и вынужденных проживать за рубежом, продолжали приводить в ярость ниязовское окружение. С ведома туркменского руководства они подвергались систематическим преследованиям и избиениям.

Так, 14 ноября 2003 г. два секретных агента спецслужб Туркмении насильно привезли корреспондента туркменской службы «Радио Свобода/Свободная Европа» Сапармурата Овезбердиева на Ашхабадское кладбище. Там они сильно избили его, а затем выбросили на обочину дороги. «Мы еще избавимся от тебя», — сказали они напоследок.

Еще раньше, 2 сентября 2003 г. в Москве было совершено нападение на внештатного сотрудника Туркменской службы Радио "Свобода" Шаназара Бердыева. А журналисту Николаю Герасимову туркменские спецслужбы не дают возможности выехать из страны. Причиной является независимость суждений Н. Герасимова. В данном случае туркменские власти опасаются, что Герасимов, выехав за рубеж, начнет писать о реальной туркменской действительности. В феврале 2004 г. Герасимов обратился в международные правозащитные организации с просьбой помочь ему выехать из Туркменистана.

В 2003г.Ниязов публично поучал российских журналистов и попенял президенту России в том, что российские СМИ, критикуя туркменский режим, якобы ущемляют его достоинство. “Я попросил президента России прекратить это. Он обещает. Но нет-нет и где-то прорываются сообщения о том, что, мол, Туркменистан делает что хочет, нарушает правила двойного гражданства Я по этому вопросу в понедельник из Туркменбаши хорошо поговорил с Путиным".

Мы призываем мировое сообщество не прекращать освещать истинную туркменскую действительность, а прикормленным ниязовым иностранным журналистам давать категорический профессиональный отпор. СМИ государств-членов ОБСЕ должны восполнить информационный вакуум, искуственно созданный туркменским режимом.



Выборы
Вот уже более 10 лет внутренняя политика С.Ниязова направлена на лишение граждан страны одного из основных прав, закрепленных в Конституции Туркменистана: “Граждане имеют право избирать и быть избранными в органы государственной власти”.

С середины девяностых годов Сапармурат Ниязов понял, что не выполняя свои президентские обещания по целому ряду вопросов, а именно по социально–экономическому развитию страны, по улучшению жизненного уровня населения; целенаправленно ограничивая права граждан на свободу слова, передвижения, вероисповедания и др., он катастрофически теряет доверие у населения. При этом панический страх получить независимого кандидата, выдвинутого от демократически настроенной части населения, толкнул его на принятие ряда законодательных мер по лишению граждан Туркменистана права избирать и быть избранными. Эти шаги категорически лишают возможности проведения свободных демократических выборов как президента Туркменистана, так и местных депутатов. Особо нужно отметить, в нынешнем Туркменистане возможность присутствия на выборах независимых зарубежных наблюдателей даже не подразумевается.

В стране основным инструментом подавления права граждан на свободу волеизъявления являлся Халк Маслахаты (Народный Совет). Туркменские СМИ продолжали распространять по всему миру сведения, что в Туркменистане создан собственный, оригинальный путь к демократии, что создан новый институт государственного управления и что мир еще не знал подобной практики проведения всенародных форумов, исторические истоки которых лежат в древней туркменской традиции обсуждать наиболее важные жизненные проблемы при участии яшули-старейшин.

На самом деле в стране создана абсолютно антидемократическая система выборов. Именно по решению Халк Маслахаты, также пожизненным председателем которого является С.Ниязов, Меджлис Туркменистана утвердил Конституцию Туркменистана 1992 года, продлил полномочия Туркменбаши на второй пятилетний срок, а затем в 1999 году в стране приняли беспрецедентное решение о продлении президентских полномочий Ниязова на неограниченный срок (пожизненное президентство).

Нужно особо подчеркнуть, что туркменский Халк Маслахаты, состоящий из государственных руководителей, преданных режиму, и людей, предложенных местными хякимами и посписочно утвержденных С. Ниязовым, полностью находился в подчинении С. Ниязова. В 2003 г. Туркменистан не показал намерения создать демократическую систему выборов.

Возрастной ценз в выборах президента Туркменистана, без какого-либо всенародного обсуждения установленный ниязовским режимом, явился нарушением прав других граждан на возможность выставить свою кандидатуру. Таким же нарушением явились ограничения для кандидатов в президенты по сроку проживания в стране, специально введенные диктатором, с целью недопущения в страну кандидатов-диссидентов и сохранения президентского поста исключительно за собой.

Уже несколько лет даже не рассматривается вопрос об участии в выборах представителей национальных меньшинств, “для галочки” присутствуют фамилии женщин-депутаток, которые не имеют никакого предствления о функциях, правах и обязанностях депутата. На самом деле, внося угодных режиму женщин в политические списки, Туркменистан тем самым пытался показать миру о якобы демократическом пути своего развития. Фактически же ниязовский режим исключал женщин из полноценного участия в политической жизни.

Поскольку более 10 лет в стране нет свободного политического оппонирования, нет свободных выборов, то подросло поколение, подавляющая часть которого не знает, в чем заключается суть выборов. Они уверены, что если президент назвал какую-то фамилию кандидатом в депутаты, то это и является воплощением конституционного права на свободу волеизъявления. А взрослое поколение, зная реальную обстановку в стране, не очень понимает зачем нужны выборы. Они уверены, что пока у власти нынешний режим, кардинально улучшить ситуацию с выборами в Туркменистане невозможно.

“Ручные и прикормленные” ниязовские марионетки целенаправленно распространяли лживую информацию о якобы проведенных местных выборах, однако опрос, постоянно проводимый ТХФ, показывает, что фактически на местах депутатов не выбирают, а хякимы назначают угодных режиму депутатов в Меджлис. В целом же всем известно, что вопрос о местных Маслахатах, о Меджлисе и их роли решен так, чтобы играть на руку Ниязову.

Все это в итоге приводит к тотальным, сверху донизу, нарушениям права граждан Туркменистана на свободу выборов. Учитывая все вышеизложенное, в Туркменистане нужно проводить в первую очередь просветительскую работу среди населения, разъясняя сущность и необходимость демократических выборов, возможность и законность участия в выборах граждан Туркменистана, согласно Конституции.



Жесткое ограничение свободы передвижения

На заседаниях кабинета министров Ниязов неоднократно публично давал указания спецслужбам ходить “в народ” подслушивать, подсматривать и выискивать неблагонадежных режиму людей с целью дальнейшего их преследования. За последние два года на улицах столицы резко увеличилось количество патрулей. Чтобы не привлекать внимания населения, улицы патрулировали люди в штатском. На дорогах все чаще останавливали частные машины для проверки документов пассажиров и содержимого транспорта. В местах скопления людей (в магазинах, кафе, на рынке, на остановках) также “работали” люди в штатском.

1 марта 2003 года в Туркменистане был (на тот момент уже повторно) введен порядок выездных виз. По утверждениям властей ужесточение контроля за выездом из страны было связано с ноябрьскими 2002 года событиями. На самом деле “визовая” практика начала неофициально вводиться еще в 1998 году, когда туркменские власти стали практиковать использование тайных списков лиц, нелояльных режиму, которым запрещалось выезжать из страны. В январе 2002 года список “невыездных” лиц, к тому моменту значительно увеличившийся, был введен в компьютеры всех погранпуктов страны. По сообщениям зарубежных СМИ в 2003 г. около 3 тыс. жителей Туркмении оказались в “черном” списке невыездных”( «Независимая газета» 14 января 2004 г.) По некоторым другим оценкам список неблагонадежных насчитывает 5 тыс.человек. В него, в частности, вошли инакомыслящие, отставные чиновники и те из них, кто сидит в тюрьме, их родственники, а также те, кто имеет хоть какое-нибудь отношение к расследованию покушения 25 ноября 2002г.

5 января 2004 года на заседании кабинета министров Туркменистана Ниязов выступил с сомнительным утверждением, что требований о визах в стране никогда не существовало. Седьмого же января МИДом страны было распространено сообщение о том, что с 9 января 2004 года в Туркменистане отменены выездные визы. Однако туркменские чиновники “забыли” уточнить, а как быть с теми странами которые не требуют въездной визы (например, Турция ставит разрешительный штамп в паспорт непосредственно по приезду иностранца в страну)? Или, граждане имеющие юридическое право въезжать без визы (например, лица с двойным, российско-туркменским гражданством)? Практика показала, что туркменские власти намеренно ввели несовершеннный визовый режим, вроде бы уточненный в январе 2004 г., который еще больше ущемил право граждан на передвижение и дал возможность нечистым на руки туркменским чиновникам заниматься вымогательством у выезжающих граждан.

Граждане же, получившие разрешение на выезд продолжали подвергаться преследованиям уже в самом аэропорту. По сведениям, в настоящее время в ашгабатском аэропорту работает комиссия из пяти человек: полицейский, работник МНБ, пограничник, прокурор и работник хякимлика. Члены комиссии составляют протокол на “неугодных и неблагонадежных”, затем этот протокол отправляют в МИД. И уже после этого министерство иностранных дел решает впустить или выпустить того или иного гражданина.

Серия инцидентов, связанных с въездом-выездом, происшедшая в начале 2004 года показала, что январские заявления властей лишь имитировали отмену визового режима, в связи с чем большое число граждан Туркменистана, а также тех кто имеет двойное, российско-туркменское гражданство, вопреки закону были лишены права на свободу передвижения.

До сих пор не отменена часто используемая туркменскими чиновниками практика незаконного отказа в выезде незамужним девушкам и женщинам до 35 лет, если их не сопровождает кто-либо из родственников. Существование подобной практики является одним из видов дискриминации женщин в Туркменистане.

Туркменские власти упорно обходили молчанием вопрос о свободе передвижения внутри страны. До сих пор миллионы граждан Туркменистана лишены права на свободу передвижения внутри государства. Например, для того чтобы жителю столицы попасть в Дашогуз и Дашогузский велаят, он должен получить официально оформленное властями приглашение из этой северной области. Доходит до абсурда: уроженцы Дашогузского велаята, проживающие в других городах страны, для того, чтобы навестить своих родственников, должны иметь разрешение-приглашение. Такой порядок распространяется не только на северную область, но и на десятки других этрапов (районов).

Публичные заявления Ниязова о том, что в стране отсутствует визовый режим также расходятся с фактической действительностью. Согласно последних сообщений граждане все еще сталкиваются с правом на свободный выезд и въезд в страну.

Достоверно, что в стране никто не гарантирован от того, что при посадке в самолет он не будет незаконно высажен представителями властей. В ашхабадском аэропорту ежедневно с международных рейсов снимались несколько туркменских пассажиров.

Такая же практика была распространена и на внутренних рейсах. 17 января 2004 г. в Дашогузе с самолета, вылетавшего рейсом №104 в Ашгабат был высажен Сазак Бегмедов. По свидетельству начальника аэропорта Джума Човдурова фамилия С.Бегмедова находится в списке неблагонадежных, который по некоторым оценкам составляет несколько тысяч фамилий. На требования Бегмедова предъявить письменный документ о том, что он не имеет права на въезд в Ашхабад, начальник 6-го отдела велаятской полиции Реджепов Овез ответил, что у него есть устное распоряжение из Ашхабада (подробнее см.далее).

В двадцатых числах января 2004г. работники МНБ не резрешили выехать из страны журналисту Азербайджанского информационного агентства, гражданину Туркменистана Николаю Герасимову. Без сомнения власти не хотели, чтобы журналист мог обнародовать истинную ситуацию с правами человека в Туркменистане. Известно, что в самой стране журналисты лишены такой возможности.



Политзаключенные и лица, преследуемые по политическим мотивам

Туркменское правительство отрицало наличие политзаключенных и лиц, преследуемых по политическим мотивам. Более девяти лет международные правозащитные организации бьют в тревогу по поводу незаконного осуждения Аймурадова Мухаметкули, осужденного в 1994 г. на 18 лет по недоказанному обвинению в попытке свержения правительства. Аймурадов продолжает отбывать наказание в колонии строгого режима в г.Туркменбаши.

В 2003 г.власти жестко пресекали любые попытки граждан высказать свое мнение о существующем режиме. В начале февраля 2004г. житель г.Небит-Даг диссидент Гурбандурды Дурдыкулиев, неоднократно выражавший недовольство политикой С.Ниязова, был задержан большой группой сотрудников спецслужб и медицинских работников и отправлен на принудительное психиатрическое лечение. Причиной незаконной госпитализации диссидента явилось недовольство Г.Дурдыкулиева политикой президента и других государственных руководителей, которое он изложил в своем письме президенту. Сообщается, что Дурдыкулиев просил главу местной администрации разрешить проведение мирной демонстрации. До сих пор Г.Дурдыкулиев находится в изоляции под жесткой охраной и подвергается насильственному медикаментозному воздействию.

В 2003 г.туркменские власти продолжали практику преследования людей, обратившихся с письмами к президенту, в Халк Маслахаты, в Туркменский Институт демократии и прав человека. Причем, с подачи руководства института спеслужбы подвергали жестоким преследованиям обратившихся.

По вине властей вся правда о т.н. покушении 25 ноября не стала достоянием общественности. Несмотря на призывы международного сообщества допустить к заключенным по данным событиям представителей Международной Комиссии Красного Креста и дипломатической миссии в Туркменистане, туркменские власти не давали своего согласия. Есть информация, что многие из этих заключенных находились в тяжелых условиях, большинству из них требуется неотложная медицинская помощь, которой их преднамеренно лишали.

Причем власти отказывались сообщить какую-либо информацию о заключенных, включая и их местонахождение. К ним не допускают ни адвокатов, ни родственников, ни представителей независимых организаций. Многие родственники осужденных сообщают о том, что им запрещают передавать своим близким передачи с едой и лекарствами. До сих пор не известно точное число осужденных по событиям 25 ноября 2002 г. Независимые наблюдатели считают, что официально опубликованный список не соответствует действительности.

ТХФ составил список политзаключенных и лиц, осужденных по ноябрьским 2002 г.событиям, который все еще уточняется. Также составлен список противников режима, инакомыслящих, религиозных и гражданских активистов, работников СМИ и их родственников, тех кого подозревают в симпатиях к инакомыслящим, и даже соседей тех и других, которые преследуются туркменским режимом. Он насчитывает более 300 человек. Мы считаем, что пострадавших намного больше. Но закрытость страны и систематические преследования лиц, попытавшихся рассказать правозащитным организациям о нарушении их прав, не дают возможности на данный момент иметь более полный список (см. www.tmhelsinki.org - от 17 окт.2003г.)

Туркменистан – страна, где родственники подозреваемых, осужденных или инакомыслящих страдают из-за репрессий со стороны властей. Ниязов неоднократно публично выступал с заявлениями, что не только подозреваемые, но и их родственники должны отвечать перед законом. Хотя в Конституции нет такой статьи, работники прокуратуры, полиции, суды, чтобы угодить президенту, фабриковывали уголовные дела на абсолютно невиновных граждан, лишая их свободы. Репрессии против родственников включали в себя: внесудебные преследования, аресты, длительные сроки предварительного заключения, незаконные содержания в спецучреждениях, допросы с физическим воздействием, несправедливое судебное разбирательство и осуждения, лишение права на защиту. В большинстве случаев применялась незаконная конфискация жилья, в том числе частного, имущества, незаконное увольнение с работы, отчисления с учебы, оскорбление чести и достоинства, избиения.

В феврале 2003 г. вступил в силу новый закон о государственной измене, подписанный Ниязовым. Формулировки нового закона весьма двусмысленны, общи и расплывчаты, из-за этого любой гражданин Туркменистана может быть признан изменником и провести всю оставшуюся жизнь в тюрьме. В соответствии с новым законом, предателем Родины может быть признан гражданин Туркменистана, «покушающийся на жизнь и здоровье президента», пытающийся посеять среди населения сомнения в правомерности внутренней и внешней политики президента Туркменистана либо «призывающий встать в оппозицию к власти».

Исполнительный директор Международной Хельсинкской Федерации по правам человека Аарон Роудс выразил обеспокоенность по поводу данной законодательной инициативы Ниязова. «Людей смогут наказывать за свободу мысли», - подчеркнул он. Нарушившего закон ожидает пожизненное заключение. Помилование, амнистия, освобождение на поруки и сокращение срока для предателей родины, к которым власти теперь могут отнести любого инакомыслящего, законом не предусмотрены.

Как впоследствии оказалось “Закон о государственной измене” был принят по указанию Ниязова для того, чтобы беспрепятственно расправляться со своим народом. Подтверждение этому ТХФ получил от Довлета Байханова. В своих сообщениях он детально описывает как его брата, Акмухаммеда Байханова 1956г.р., незаконно арестовали 18 июня 2003г. Он, его супруга и два сына имеют двойное российско-туркменское гражданство.

Причиной ареста, а впоследствии и лишения свободы Акмухаммеда Байханова, явилась встреча последнего с туркменским оппозиционером Авды Кулиевым, состоявшаяся в России в конце ноября–начале декабря 2002 г. Ранее по такому же обвинению пострадал активист экологического клуба Фарид Тухбатуллин. По сообщениям родственников следователи сфабриковали уголовное дело на А.Байханова по ст. 210 п.1 “За недонесение” и осудили на 5 лет лишения свободы. Родственники утверждают, что до суда А.Байханова держали в душной камере, где избивали, мучили и пытали, требуя подписать самооговор.

20 июня рано утром брата Акмухамеда - Назара Байханова вызвали в МНБ, где до поздней ночи избивали, угрожали “бросить в подвал МНБ, уничтожить вместе со старшим братом”. По настоянию спецслужб, Назара незаконно уволили с работы и запретили выезжать из Ашгабада (подписка о невыезде).

Осенью 2003г. туркменские спецслужбы вновь жестоко избили Назара Байханова теперь уже за то, что он рассказал правозащитникам об очередном нарушении прав и свобод человека. Из-за жестоких побоев Назар Байханов длительное время не мог двигаться, и даже разговаривать.

После принятия в феврале 2003г. постановления "Об объявлении изменой Родине отдельных неправовых действий, а также о мерах наказания изменников Родины" туркменские спецслужбы без ограничений устанавливали слежку за всеми подозрительными лицами и «выбивали» признание вины любыми способами.

Копируя закрытые суды-тройки, имевшие большую практику в сталинские времена, Ниязов тем самым приветствовал и покрывал незаконные действия туркменских спецслужб.



Преследования людей, пытавшихся отстоять свои права

31 августа 2003года туркменские спецслужбы выселили из Ашхабада 77-летнего инвалида, пенсионера Сазак Бегмедова. С.Бегмедов – заслуженный юрист Туркменистана, проработавший много лет в системе прокуратуры Туркменистана в советское время. Он является отцом председателя Туркменского Хельсинкского Фонда по правам человека.

По сообщениям, заслуживающим доверия, четверо полицейских жестоко избив С.Бегмедова, посадили его под охраной конвоира в самолет и насильно отправили на север страны - в Дашогуз. Данные противозаконные действия властей не имели под собой никаких документально оформленных соответствующих юридических документов, на что настоятельно обратил внимание полицейских С.Бегмедов.

Причиной депортации явилась активная правозащитная деятельность Бегмедова, попытавшегося отстоять свои и членов своей семьи права и свободы. Бегмедовым было направлено более 30 писем и заявлений на имя президента, в правоохранительные органы страны, ООН, ОБСЕ, посольства ведущих стран. Другой причиной депортации явилось открытие 19 августа ТХФ, возглавленное его дочерью Т.Бегмедовой. При задержании полицейские сказали буквально следующее: “Это приказ сверху. Это связано с открытием туркменской хельсинкской группы.” Впоследствии С.Бегмедов подтвердил и угрозы в его адрес, прозвучавшие из уст полицейского Г.Пашшагулыева: ”Если ты не остановишься (имелась в виду попытка С.Бегмедова отстоять свои права), ты умрешь со своими заявлениями в кармане”. После инцидента Бегмедов месяц находился в больнице в тяжелом состоянии. Врачи констатировали сотрясение мозга, повреждение почек, ушибы и больших размеров синяки на теле С. Бегмедова.

Все его попытки официально зарегистрировать заявление о нападении не были приняты в полицейском участке. До сих пор никто из виновных в данном правонарушении не привлечен к ответственности.

В январе 2004г.состояние здоровья С.Бегмедова ухудшилось и ташаузские врачи рекомендовали ему обратиться в ашхабадский кардиологический центр им.Ниязова.

Родственники, опасаясь за его здоровье, взяли ему билет на самолет на 17 января 2004г. в Ашгабат, рейс №104, вылетающий в 11ч.40м. В тот день в аэропорту пройдя регистрацию Сазак Бегмедов, имея на руках направление на госпитализацию, вместе со всеми пассажирами сидел в накопителе в ожидании посадки в самолет. Неожиданно к нему подошли трое полицейских во главе с начальником департамента аэропорта Джума Човдуровым и потребовали последовать за ним. В одной из служебных комнат аэропорта Човдуров показал ему список, в котором была фамилия Сазак Бегмедова. (Скорее всего это и есть тот злополучный список неблагонадежных лиц, которым запрещен выезд.) Затем трое полицейских, грубо поволокли его на улицу и впихнув в машину, отвезли в ташаузскую велаятскую полицию, к начальнику 6–го отдела, назвавшемуся Реджеповым Овезом, который отказался предьявить служебное удостоверение. В полиции его продержали до 20.00 вечера, где избивали, угрожали и требовали ”отказаться от правозащитной деятельности”. Работник полиции кричал: ”Пойми, у нас приказ на твое физическое устранение, однако мы по человечески с тобой обращаемся. Нам надоело слушать нарекания из Ашхабада, что ташаузская полиция либеральничает со своими гражданами”. Реджепов убеждал Сазак Бегмедова, что все делается с ведома официального Ашгабада, и что последняя (в декабре 2003г.) телеграмма Бегмедова на имя Президента взбесила ашхабадских чиновников. При этом полицейский периодически созванивался с Ашхабадом. На требования Бегмедова предъявить письменные указания, протокол или любой другой документ, запрещающий ему поехать в Ашгабад Реджепов сказал, что они получили устное распоряжение из Ашгабада. Вечером около 21.00 часа его, избитого, выбросили на пустыре. На прощание полицейские сказали: “Не вздумай ехать в Ашгабат и если не прекратишь жаловаться, твои родственники найдут твой труп”.

В н.в. 78-летний С.Бегмедов незаконно лишен жилья, имущества и возможности получать заработанную пенсию. Власти сознательно лишили его пищи, одежды и крыши над головой после того, как его дочь стала заниматься активной правозащитной деятельностью. ТХФ считает данные действия властей очередным вопиющим нарушением прав и свобод граждан.

ТХФ требует прекращения этой практики властей, идущей вразрез с международными обязательствами Туркменистана по соблюдению прав человека.



НПО и религиозные объединения

В 2003 г. в Туркменистане не прекращались репрессии против неправительственных организаций, власти практически лишили неправительственные организации возможности зарегистрироваться и вести свою деятельность на законных основаниях. В стране продолжались вводиться жесткие ограничения на гражданские и политические свободы.

10 ноября 2003 года вступили в силу несколько новых законов и поправок к Уголовному кодексу Туркменистана, Гражданскому процессуальному кодексу Туркменистана и к Кодексу об административных правонарушениях, которые вводят жесткие ограничения на религиозную и гражданскую деятельность, не зарегистрированную в государственных органах. Новые законы – «Об общественных организациях» и «О свободе религии и религиозных организациях в Туркменистане» – были приняты в августе на сессии Халк Маслахаты (Народный Совет) и подписаны президентом Ниязовым 21 октября. Они заменили законы, действовавшие, с некоторыми поправками, в течение двенадцати лет.

Согласно нового закона “Об общественных объединениях”, отныне деятельность незарегистрированных общественных объединений фактически запрещается. Те же граждане, которые будут участвовать в работе незарегистрированных НПО, теперь будут нести ответственность, вплоть до лишения свободы сроком до 1 года. Т.е. нарушения нового закона об общественных организациях – неправительственных организациях – теперь караются конфискацией имущества и другими карательными мерами. Неправительственные организации, уклоняющиеся от регистрации, также будут считаться нарушителями закона.

В Туркменистане НПО годами не могут зарегистрироваться, данная практика продолжалась и в 2003 г. Туркменские чиновники сначала специально затягивают рассмотрение заявлений руководителей НПО, а затем под любым, зачастую надуманным, предлогом отказывают им в регистрации. ТХФ располагает сведениями, когда руководители НПО, имея все необходимые для регистрации документы, в течении 3-5 лет обивали пороги различных инстанций и не смогли добиться регистрации. Мы также располагаем сведениями о том, что туркменские власти до сих пор запугивают и подвергают гонениям активистов НПО. В стране продолжалось контролирование сферы отправления религиозных культов.

Теперь с введением новых правил возможность работы НПО в Туркменистане сведена к нулю и их деятельность (соответственно и людей участвующих в данной организации) ставится вне закона. Мы считаем, что введение этого закона направлено на подавление последних оставшихся мизерных возможностей гражданского самовыражения.

Ужесточение ниязовского режима, ограничивающего свободу вероисповедания и права человека нашло свое отражение в новом законе "О свободе вероисповедания и религиозных организациях", принятом в 2003 г.

Реализация закона о свободе религии стала тяжелым ударом для прав последователей религий, отличных от санкционированной государством религии мусульман-суннитов и православных христиан (русской православной церкви). По данным «Форума-18», независимой правозащитной группы, Туркменистан, приняв такой закон, присоединился к Узбекистану и Белоруссии, единственным пост-советским странам, в которых криминализируется незарегистрированная религиозная деятельность. В законе также ограничивается религиозное образование и распространение религиозной литературы, а вся религиозная деятельность подлежит прямому контролю со стороны государственного Генгеши (Совета), который возглавляет президент Ниязов. Соответствующие изменения в Уголовном кодексе свелись к тому, что незарегистрированная религиозная деятельность карается «исправительными работами» на срок до одного года и другими мерами наказания, которые, несомненно, приведут к дальнейшему подавлению свободы вероисповедования.

Как и раньше, в стране ни одна религиозная группа не смогла зарегистрироваться. Причиной тому является явное нежелание туркменских властей дать разрешение на регистрацию. Имеются случаи, когда руководители религиозных групп направляли полный пакет документов на регистрацию и годами их вопрос откладывался по любому, зачастую надуманному, поводу.

Религиозные меньшинства в Туркменистане постоянно подвергались преследованиям со стороны властей. Международные правозащитные организации располагает информацией, что баптисты, бахаисты, “Свидетели Иеговы” и другие религиозные группы систематически сталкивались с облавами во время проведения собраний в частных домах и празднования религиозных праздников. Нередки случаи конфискации религиозной литературы.

Полицейские и работники МНБ безосновательно задерживали и арестовывали верующих, заставляли их отказаться от своей веры, отправляют сигналы по месту работы или учебы верующих с требованием уволить; ранее совместно с хякимликом проводили показательные собрания, на которых публично позорили и оскорбляли верующих. Активисты религиозных групп сталкиваются со случаями выселения их из частных домов и выдворения из страны. Немало верующих были оштрафованы за нарушение запрета на сбор незарегистрированных групп.

Например, как сообщает отдел информации “Свидетелей Иеговы”, все члены «Свидетелей Иеговы» подвергаются в Туркменистане различным преследованиям – их запугивают, увольняют с работы и даже сажают в тюрьму. По данным отдела, всего за свои религиозные убеждения в тюрьме оказались шестеро членов организации, один из которых, которому и посвящена просьба «Свидетелей Иеговы», в заключении окончательно подорвал свое здоровье.

В конце года информационная служба «Форум 18» (Норвегия), наблюдающая за соблюдением прав человека в области религиозной свободы на пространстве бывшего СССР, сообщила об очередном рейде правоохранительных органов Туркменистана против членов Баптистской церкви в Балканабате (бывш. Небитдаг).

30 ноября прошлого года сотрудники полиции ворвались в помещение, где люди совершали религиозные обряды, и арестовали всех присутствующих, включая малолетних детей. Женщинам пригрозили, что в случае, если они не прекратят нарушать закон и «молиться без регистрации», всех детей отнимут и поместят в детские дома. После этого полиция нападала на мирных граждан еще 3 раза: 23 декабря прошлого и 2 и 4 января нового года.

Всех верующих отпускали из полицейского участка лишь после того, как те платили штраф 1,5 миллиона манатов (около 290 долларов США по официальному курсу), существенно превышающий среднемесячную зарплату по стране.

Всего оштрафовано было 12 человек: Борис Гришин, Ольга Васильева, Марина Чукилева, Людмила Табаленкова, Татьяна Коленчук, Мария Вилкова, Максим Гришин, Юрий Киппа, Виталий Коновалов, Тариель Рамазанов, Николай и Альбина Маценко. Их предупредили, что в случае повторного задержания, сумма штрафа возрастет, а на третий раз нарушителям недавно принятого варварского закона о религиозных организациях грозит уголовное преследование.

Руководил операцией против баптистов сотрудник 6-го отдела по борьбе с организованными преступлениями и терроризмом Департамента полиции г. Балканабат майор Аман Аннаев.

Нет сомнения, что новый закон "О свободе вероисповедания и религиозных организациях" направлен на ограничение, а не на содействие свободе вероисповедания. Новый закон еще более ограничивает права верующих граждан. Это противоречит целому ряду международных соглашений, подписанных и Туркменистаном.



Гражданское общество и узники совести

Туркменистан одна из немногих стран в Центральной азии, где деятельность гражданского общества фактически находится под неусыпным жесточайшим контролем туркменских властей. Активисты-общественники вынуждены свернуть свою работу, поскольку любая более-менее активная общественная работа граждан Туркменистана в конце концов оканчивается задержаниями, преследованиями, гонениями и лишением свободы активистов и руководителей.

Активистами-общественниками и их руководителями занимались исключительно работники Министерства национальной безопасности, которые систематически вызывают к себе на “беседы” общественников и убеждают их, что деятельность активистов подвергает государство опасности.

Фарид Тухбатуллин, взятый под опеку “Международной Амнистией” как узник совести, в результате мощного международного давления был освобожден из тюрьмы в апреле 2003 г. Вся “вина” Тухбатуллина заключалась в том, что он осуществлял свое конституционное право на свободу убеждений и их выражения. Во время следствия и на суде Тухбатуллин заявлял о своей невиновности, несмотря на это обвинение было сфабриковано, судебный процесс несправедливым, а одним из условий освобождения было подписание Ф.Тухбатуллиным “признания” в своей вине, раскаивание, а также необходимость признания в поддержке внутренней и внешней политики Ниязова. Как обычно, туркменские спецслужбы записали “признания” Тухбатуллина на видеопленку и вынудили его принести клятву на Коране и “Рухнама”, что в дальнейшем он не будет заниматься “преступной деятельностью.

Несмотря на призывы международного сообщества и наличие желающих, в Туркменистане до сих пор не существует гражданской альтернативы для молодых людей, отказывающихся от несения военной службы по внутренним убеждениям. Лица, отказавшиеся служить в армии по внутренним убеждениям, немедленно лишались свободы. До сих пор отбывает наказание в исправительной колонии в г.Туркменабад Николай Шелехов. Это повторное лишение его свободы. Неоднократные аппеляции, поданные в городской суд г.Ашхабада и в Верховный суд были отклонены. В настоящее время у него серьезные проблемы со здоровьем. ТХФ присоединяется к мнению международной общественности, считающей Николая Шелехова узником совести и требует его безусловного и незамедлительного освобождения.

До сих пор отбывает восьмилетний срок наказания член организации “Свидетели Иеговы” Курбан Закиров. ТХФ считает его случай вопиющим фактом преследования узника совести, которого сначала несмотря на амнистию, а затем по истечению срока наказания не выпустили на свободу. На этот раз причиной стал отказ Закирова принести клятву верности президенту Ниязову. По сообщениям, сотрудниками тюрьмы было сфабриковано уголовное дело на Закирова, вследствие чего его повторно осудили дополнительно к 8 годам лишения свободы. ТХФ присоединяется к мнению международной общественности, считающей Курбана Закирова узником совести и требует его безусловного и незамедлительного освобождения.



Тюрьмы

Из всех сообщений, поступивших в Туркменский Хельсинкский Фонд за минувший год из различных городов страны, можно сделать вывод, что в Чарджоуском спецучруждении строгого режима № 8 всего находилось 3000 человек, что выше нормы в 5 раз. Каждый месяц туда поступает 180 человек.

В Ташаузской женской колонии общего режима № 9 содержалось более 3000 человек, хотя по норме положено 500 человек. Кстати, в 1997 г. там находилось всего 450-500 человек.

В новой тюрьме, что под Ашхабадом, содержались 300 человек; охрану данного учреждения несет аппарат Министерства национальной безопасности Туркменистана. Свидания разрешались один раз в год продолжительностью в два часа. На свидания с родственниками, заключенных привозят в г. Ашгабад в учреждение на ул.Житникова. По сообщениям в ней содержались бывший работник национальной безопасности Искандер Курбанов и часть осужденных за “ноябрьские события”, в том числе получившие пожизненное заключение.

В тюрьме № 4, расположенной на западе страны в Ак-Даше содержались 500 человек. Среди них 16 человек, которых в народе называют “правительство в изгнании”: Б. Сарджаев, А. Кабулов, С. Рахимов, Ю. Хаитов с сыном Мурадом, С. Кандымов, А. Серчаев, С. Сейидов и др. В ноябрьскую амнистию из этого специального учреждения освободилось около 180 человек.

Бывший председатель кабинета министров А.Ходжамурадов находился в марыйском спецучреждении строгого режима № 6, на территории которой расположена туберкулезная больница для заключенных.

В Байрам–Алийском ИТК усиленного режима № 7 содержалось 4200 человек, что выше нормы в 6-7 раз. В ней находились бывший председатель центрального банка И. Гандымов и бывший председатель “Инвестбанка” А. Паджаев. Осенью 2003 г.из данного учреждения амнистировано 1500 чел.

Ни один из вышеперечисленных, а также лица, осужденные по “ноябрьским событиям”, амнистированы не были.

Продолжали поступать заслуживающие доверия сообщения о смертных случаях в тюрьмах. Медицинский работник одного из пенитенциарных учреждений подтвердил, что в туркменских тюрьмах ежедневно умирает в среднем от одного до четырех человек.

Болеют в основном туберкулезом, гепатитом, педикулезом, экземой, от жестоких побоев - болезнью почек. Всех неугодных режиму подвергали жесточайшим избиениям и пыткам в так называемых “пресс-хатах”. По свидетельству медработника, “90% заключенных страдают болезнью почек и мочеполовых систем из-за систематических жестоких побоев, вследствие чего урина больных перемешана с кровью. В тюрьмах кормят баландой, от которой у заключенных болят желудки, впоследствии болезнь переходит в гастрит”.

Следует особо отметить, что источник из МВД; медицинский работник и охранник, работающие в разных ИТК, подтвердили наличие пыток как во время проведения следствия, так и во всех туркменских тюрьмах, а также то, что “доступ наркотиков в данные учреждения свободный, были бы деньги.”



Пытки и смерть в тюрьмах

После событий 25 ноября 2002 г. в правозащитные организации начали поступать многочисленные и заслуживающие доверия сообщения о применении пыток к лицам, задержанным по этому, а также и по другим делам.

ТХФ разработал вопросник для тех, кто подвергался задержаниям туркменскими властями. К нам систематически поступали ответы на него как от граждан Туркменистана, так и иностранцев. Родственники некоторых задержанных, арестованных и амнистированных подтверждили, что в камерах пытают заключенных. Одним из изощренных видов пыток мы считаем практику вызова родственников, якобы на свидания с задержанными, где туркменские полицейские заставляли членов семьи смотреть как избивают их отца, брата или родственника. Некоторые освобожденные подтверждают, что слышали, как в соседних камерах пытали их близких. Это совершенно бесчеловечный и незаконный способ получения показаний от свидетелей.

На все требования международного сообщества открыто разъяснить сложившуюся ситуацию, подтвердить или опровергнуть факты смерти заключенных, Ниязов публично заявлял, что в стране права граждан не нарушаются. Туркменский Хельсинкский Фонд уверен - упорное нежелание туркменского руководства официально подтвердить или опровергнуть вышеперечисленные сообщения о пытках, избиениях и нечеловеческого отношения к гражданам, отказ во въезде независимой международной комиссии в страну для оказания помощи в прояснении ситуации с правами человека в Туркменистане, могут лишь свидетельствовать, что государство само замешано в этих преступлениях.

К сожалению, сообщения о грубейших нарушениях прав человека в местах лишения свободы в 2003 г.не прекращались и принимали все более тревожный характер: в спецслужбах страны продолжались допросы с пристрастием и использованием психотропных средств к туркменским гражданам. Стало также известно, что ближайших родственников заключенных заставляли давать подписку о неразглашении сведений о физическом состоянии осужденных. Запугивание их родственников может означать только то, что власти боятся обнародования реальных сведений о тяжелом состоянии находящихся в тюрьмах.


Чем характерны пытки в Туркменистане?

Допрашиваемых и заключенных просто избивают и калечат (например, Назар Байханов, Аманмухамет и Ораз Иклымовы), при этом приглашают родственников, чтобы тем самым надавить на психику и тех и других (например, сестра Батыра Бердыева, Расул Иклымов и др.) Надевают на голову противогаз и перекрывают поступление воздуха (например, Гулгельды Аннаниязов). Или надевают на голову задержанного целлофановый пакет (например, Сапар Хаджиев и др). Кроме того в набор спецслужб входит подвешивание за руки, выворачивание рук, избиения дубинкой по почкам, голове. Более изощренной пыткой является подключение тока к подмышкам и половым органам подследственного (например, Иклым Иклымов и др);

Допрашиваемым, помимо физических избиений, стали колоть наркотические вещества, для того чтобы они признали себя виновными. Популярной стала практика использования самооговора, вытянутого из допрашиваемого вследствие применения уколов (например, почти все осужденные по “ноябрьским событиям”);

Систематически используются психотропные средства для давления на подследственного (например, осужденные по событиям 25 ноября 2002 г. и др.);

Принуждение родственников инакомыслящих выступать по телевидению и в прессе с отречением от своего близкого (например, сестра Худайберды Оразова, родственники Иклымова, Ханамова и др.) Для достижения этой цели власти используют угрозы, шантаж и преследования в отношении родственников и их детей;

5. Только за последний год поступило несколько ужасных сведений о смертельных случаях в туркменских тюрьмах. Например, Какаев Хаит и Ниязов Гурбанмурат скончались от тяжелейших условий пребывания в тюрьме. Парахат Иклымов подтверждает мученическую смерть своего родственника Аманухаммеда Иклымова и брата Ольги Прокофьевой, задержанных после событий 25 ноября 2002 г.



Мы не устанем говорить о том, что условия содержания туркменских заключенных ужасающи. В 2003г. нам поступила информация, которая еще раз подтвердила прежние наши сообщения. Высокая смертность в туркменских пенитенциарных учреждениях обусловлена не только болезнями и плохим содержанием, но и физическим воздействием. По сообщению из достоверного источника в МВД, начальник департамента “Исправление и наказания” МВД Туркменистана Хайитмурадов Рахман вместе с бригадой ОМОН лично выезжает в места заключения и проводит рейды-избиения тех заключенных, на кого указывает руководство страны. Причем бьют по жизненно важным органам заключенного. После таких рейдов в тюрьмах остается немало тяжелых инвалидов, часты смертные случаи. Истинную причину смерти после рейдов МВД установить невозможно, так как по местным религиозным обычаям вскрытие трупов не производится. Видимо и это является одной из причин высокой смертности в туркменских тюрьмах. Кстати данную информацию подтверждают и бывшие заключенные, а ныне члены оппозиционных движений в своих интервью и сообщениях. Более того, поскольку действия вышеназванного начальника департамента, работающего более 7 лет на этой должности не контролируются, он принимает и выполняет заказы частных лиц на уничтожение, за соответствующее вознаграждение, любого заключенного.

Сведения о высокой смертности в туркменских тюрьмах подтверждает и недавно амнистированный Р.Х. На вопрос какова смертность в тюрьмах он отвечает:“По словам местных врачей в летнее время в среднем 1-2 человека ежедневно.” Эту же информацию подтвердил и медицинский работник одного из пенитенциарных учреждений Туркменистана.

Источник в МВД также рассказал: “Когда приезжает комиссия из Ашхабада, начальник ташаузской женской колонии Авезметов Б. организовывает наиболее привлекательных девочек ( имеется в виду женщин-заключенных из ташаузской тюрьмы) для того, чтобы ублажать начальство”. Только за такую услугу заключенным женщинам могут предоставить работу в местах заключения, более-менее приемлемую камеру, паек и т.д. Более того в конце декабря появилось сообщение о стерилизации туркменских женщин. Это явная дискриминация и вопиющее нарушение прав туркменских женщин!

Что касается амнистии, то под ноябрьскую амнистию в основном подпали только мелкие правонарушители и уголовники. Противники режима, инакомыслящие и те, кого власти считают нелояльными к режиму не имеют никакого шанса на досрочное освобождение.

По сообщениям из достоверного источника в МВД Туркменистана, несмотря на выступление Ниязова, обещавшего освободить всех амнистированных заранее ко дню “Гадыр Гиже”, многих выпустили значительно позже. По сообщениям, причиной задержки освобождения амнистированных явились избиения кандидатов на амнистию. Перед тем как отпустить домой амнистированных, их жестоко избивали в тюрьме, требуя никому не рассказывать о том, что с ними происходило в местах заключения. Цель избиений состоит в том, чтобы те лица, которые выходят на свободу по амнистии, держали язык за зубами по поводу того, что они видели в местах заключения. Нужно особо отметить, что теперь избивая законопослушных граждан и заключенных, полицейские чаще стали угрожать и тем и другим применить такие пункты уголовного кодекса как: за недонесение, за «предательство родины», за измену и т.п., по которым лишают свободы на длительные сроки и не распространяется амнистия.

Нередкими были случаи, когда вследствие негуманного обращения работников спецучреждений с заключенными, амнистированные возвращались домой со сломанной психикой и подорванным здоровьем.

По нашим сведениям, как минимум, шестерых бывших заключенных перед освобождением из тюрьмы жестоко избили и пригрозили не обращаться в ОБСЕ и другие посольства. Источник из МВД предупредил, что за входной дверью ОБСЕ туркменские спецслужбы вели наблюдение и любого входящего в него человека брали на учет.

Таким образом, в Туркменистане не только избивали задержанных, подследственных и заключенных, но и изощренным образом пытали. Только поэтому туркменское правительство долгое время не допускало и не допускает в туркменские тюрьмы независимых наблюдателей и представителей Международной Комиссии Красного Креста. И не только в тюрьмы, но и в страну.



Оскорбление чести и достоинства граждан
Еще до ноябрьских событий 2002 г. в стране стала утверждаться практика показа по ТВ публичных покаяний и зачитывания текстов самооговора, подготовленных спецслужбами. Не было случая, чтобы показывали как раскаиваются убийцы, рецидивисты или уголовники и т.п. Причем “раскаивались” в основном противники режима или их родственники. Зачастую раскаивающихся принуждали приносить клятву верности Ниязову. После подобных “шоу” сотрудники, соседи, знакомые инакомыслящих не смели общаться с этими людьми.

Мы считаем подобную практику нарушением права человека на личную жизнь. Без сомнения это является оскорблением чести и достоинства гражданина.

То же самое было применено к участникам “дело 25 ноября”. В своем телевизионном “признании”, показанном по телевидению в конце декабря 2002 г. и, как предполагается, составленном под диктовку, Борис Шихмурадов назвал себя и своих сообщников уголовниками и наркоманами. Родственники Шихмурадова уверены, что данное выступление было подстроено, тем более что незадолго до этого в электронных СМИ было опубликовано его официальное заявление, в котором он предполагал подобный исход.

Власти продолжали принуждать граждан Туркменистана давать заранее подготовленные и отрепетированные интервью по телевидению, в которых люди вынуждены были отказываться от своих родственников – инакомыслящих. Так, 25 ноября 2003г. по туркменскому телевидению было показано как сестру лидера ОПД “Ватан” Худайберды Оразова заставили, якобы от всей семьи, отказаться от своего брата, мол опозорившего семью. По сообщениям источника: “На женщину нельзя было смотреть без содрогания, на ней не было лица, было видно, что над ней издевались. Ясно, что она подчинилась властям ради сохранения жизни. Знакомые и родственники сестры Оразова Х. были ошеломлены увиденным, они с трудом узнавали ее. Это был совсем другой человек”.

В различных изданиях за ноябрь-декабрь 2003 года, январь 2004 года было опубликовано несколько статей, порочащих оппозиционера Нурмухаммеда Ханамова, а также ныне покойных, его родных.

В газете “Адалат” от 26 декабря 2003года Сапару Иклымову посвящено шесть статей, написанных племянником, знакомыми и прочими людьми. По заказу властей авторы в статьях обливают грязью С. Иклымова, проклинают и отрекаются от своего родственника.

Продолжались случаи использования самооговора как средства давления на родственников инакомыслящих.



Преследование этнических меньшинств

Туркменское правительство в целом обеспечивало всевозможные преимущества этническим туркменам по сравнению с представителями национальных меньшинств. В апреле 2003г. Туркменистан в одностороннем порядке отменил двойное (туркменско-российское) гражданство у более 100 тыс. граждан. Тем самым Туркменистан нарушил права сотен тысяч граждан. По данной проблеме в настоящее время создана российско-туркменская комиссия. Однако, скоро год как заседания комиссии постоянно откладываются и к настоящему моменту данный вопрос не решен.

ТХФ считает, что отмена двойного гражданства была затеяна туркменскими властями с целью дальнейшего преследования этнических меньшинств, а также туркмен-инакомыслящих и интеллигенции, обладающих туркменским, и российским паспортами.

Власти по-прежнему запрещали этническим меньшинствам создавать культурные или иные общественные организации. Этнические меньшинства сталкивались с ростом дискриминации, в особенности в области образования. Резко сократилось преподавание в школах на русском, узбекском и казахском языках.

Русскоязычное население за последний год сталкивалось с проблемами, икуственно создаваемыми властями. Несмотря на желание большинства населения обучать своих детей в русскоязычных школах власти продолжали сокращать количество классов с русским языком обучения. В стране осталась всего одна российская школа, что не отвечает фактическим потребностям многомиллионного населения. Повсеместно, детей заставляли переходить в классы с туркменским языком обучения, при этом часы для изучения русского языка, как второго, сокращались до минимума.

Большую неразбериху в делопроизводство в стране внес переход официального делопроизводства на туркменский язык в изложении на латинице (новый алфавит). Данное решение было принято без учета того, что население не было готово и еще не изучило в достаточной степени новый алфавит. В одночасье без работы оказались сотни тысяч людей, работавших по прежней системе.

Власти систематически создавали различные препоны для этнических меньшинств. Несмотря на то, что закон обратной силы не имеет, и все граждане пользующиеся бесплатными электроэнергией, газом и водой могут без проблем выезжать на новое место жительства, в конце 2003 г. власти в Дарганатинском этрапе Лебапского велаята объявили, что лица казахской национальности, желающие выехать за рубеж, обязаны возместить государству стоимость всех бесплатных услуг, которыми люди пользовались, начиная с 1992г. После жалобы в президентский аппарат сумма счета была удвоена.

Продолжалась кампания по вытеснению с руководящих должностей представителей нетитульных народов. Эта кампания усилилась после указания уволить руководителей-нетуркмен, которое С. Ниязов дал в ноябре 2003 г. на совещании с руководством велаята, посвященном итогам хлопковой кампании. В результате были смещены 17 руководителей. В частности, за "допущенные недостатки в работе" уволены уроженец г.Туркменабада, директор завода "Лебап-керамика" Исматилло Овезов, 1956 г.р., и главный инженер того же завода Мухтор Авазов (оба - этнические узбеки).

21 декабря 2003г. туркменские власти запретили сотням азербайджанцев, проживающих в г.Туркменбаши (Красноводск), провести жертвоприношение (садака) в шиитской мечети по поводу кончины президента Азербайджана Г.Алиева. Группа сотрудников МНБ угрожала применением силы, а когда собравшиеся отказались выполнить незаконное требование властей, к месту событий прибыли подразделения полиции.



Терроризм и права человека в Туркменистане
Терроризм – латинское слово terror – страх, ужас, насильственное действие, преследование, разрушение, захват заложников, убийство и др., с целью устрашения, подавления политических противников, конкурентов, навязывания определенной линии.

После 11 сентября 2001 г., когда Соединенные Штаты Америки столкнулись со страшной трагедией, мир ведет бескомпромиссную борьбу против терроризма. Демократические государства повели решительную борьбу против проявления терроризма в некоторых государствах, где установлены жестокие диктаторские режимы. Вместе с тем, понятие террор и терроризм стало применяться не только для борьбы против истинных террористов, которые совершают чудовищные преступления, но и против людей, ничем не связанных с ним.

Руководитель бывшей союзной республики, а ныне независимого государства Туркменистан возглавляемый Сапармуратом Ниязовым, под предлогом борьбы с терроризмом установил наиболее жестокий из ныне существующих в мире режимов. Как сказал председатель Международной Хельсинкской Федерации ААРОН РОУДС: "РЕЖИМ НИЯЗОВА В ЧЕМ-ТО ДАЖЕ БОЛЕЕ ЖЕСТКИЙ, ЧЕМ СТАЛИНСКИЙ"

В Туркменистане под предлогом борьбы с терроризмом уничтожено понятие прав и свободы человека, повсеместно нарушалось большинство положений Конституции, практически нельзя назвать какое право не нарушается. Туркменистан стал ожесточенно преследовать всех нелояльных режиму инакомыслящих, и потенциально опасных, с точки зрения диктаторского режима, людей. Причем, приняв в 2003 году ряд жестких законов в частности “Закон о государственной измене”, “О НПО”, “О Религии” и поправок к Уголовному кодексу Туркменистана, Гражданскому процессуальному кодексу Туркменистана и к Кодексу об административных правонару